Петька, Дима и Маша, однако, с тех пор особой любовью Ивана Степановича не пользовались.

«Есть тут у нас одна подростковая троица с полным неуважением к беззаветному трудовому подвигу дедов и прадедов, — частенько с той поры повторял Иван Степанович. — Для подобных детей вообще ничего святого не существует». Насте очень понравилась эта история.

— А я-то боялась, что мне будет скучно в вашем поселке!

— Вы что, эту дачу купили? — решил выяснить Петька.

— Нет. Нам она по наследству досталась. Моя мама — единственная дальняя родственница Мишиной. Та была совсем одинокой, и, когда тяжело заболела, маме пришлось ухаживать за ней.

— Понятно, — хором произнесли остальные.

— А чем вы теперь предполагаете заняться? — осведомилась Настя как бы у всей компании, но посмотрела при этом на Петьку.

— Есть варианты, — медленно проговорил тот. — Вы газеты вообще читаете?

— Вот этот вчера читал! — покосилась на брата Маша. — Еле оторвала. У него так в Москве каждый день. Пока про все преступления не прочитает, от газеты его не оторвешь.

— Именно про криминальную хронику я и хотел сказать, — продолжал Петька. — Я ее тоже часто читаю. И детективами увлекаюсь. И по телевизору почти все передачи об этом смотрю. Вот мне и кажется: пора нам заняться настоящим делом.

— То есть стать преступниками? — Маша в ужасе покосилась на него. — Тебе что, родители денег мало дают? Тогда лучше наймись на лето в наш магазин. Там висит объявление, что кто-то требуется.

— При чем тут деньги! — отмахнулся Петька.

— И он еще говорит «при чем»! — с возмущением посмотрел на старого друга Дима. — Деньги абсолютно всем нормальным людям нужны.

— В общем, ты прав, — согласился Петька. — Но я сейчас о другом: что, если мы с вами попробуем раскрыть какое-нибудь преступление?